marija_vera (marija_vera) wrote,
marija_vera
marija_vera

План спасения мира ("The New Republic", США)

План спасения мира

("The New Republic", США)

Что можно считать успехом парижской конференции по вопросам изменения климата

Ребекка Лебер (Rebecca Leber)©  Фото Влад Минин

30/10/2015

В настоящее время мы несемся на огромной скорости по извилистой горной дороге. И если мы в ближайшее время не нажмем на тормоз, мы рискуем потерять контроль, снести дорожное ограждение и исчезнуть в бездонной пропасти. Нас заранее предупредили о грозящей нам опасности, но мы не прислушались и решили испытать судьбу.

Последствия изменения климата являются очевидными и весьма значительными. Прошлый год стал самым жарким за всю историю наблюдений, и вне всяких сомнений, 2015 год поставит новый рекорд, как утверждают эксперты Национальной администрации по проблемам океана и атмосферы. В этом году пожары на западе США охватили в общей сложности более 3 миллионов гектаров земли, а такие ураганы, как «Катрина» и «Сэнди», становятся все мощнее и происходят все чаще. Но это только начало. К концу текущего столетия наша планета станет неузнаваемой. Вся западная часть США превратится в «пыльный котел» и будет оставаться таковой в течение еще 30 лет. С подъемом уровня мирового океана такие островные государства, как Мальдивы, могут полностью исчезнуть, а миллионы жителей Майами, Нью-Йорка и Бангладеш будут вынуждены покинуть свои дома. В течение следующих нескольких столетий в результате таяния ледников уровень мирового океана может подняться на 60 метров — этого достаточно, чтобы затопить 10-этажный дом.

И это вовсе не фантазии голливудских киностудий. Это результаты исследований, публикуемые в уважаемых научных изданиях и официальных докладах. Межправительственный совет по борьбе с изменением климата, работающий под эгидой ООН, предсказывает «мощные, повсеместные и необратимые» последствия изменения климата. А Всемирный банк предупреждает о том, что человечество, возможно, не сумеет адаптироваться к потеплению на планете.

В определенном смысле уже, возможно, слишком поздно. Политики, климатологи и защитники природы долгое время указывали нам на то, что если климат на планете потеплеет на 2 градуса Цельсия, то мы уже не сможем предотвратить катастрофу. Между тем, сегодня средняя температура на планете уже повысилась на 0,9 градуса по сравнению с показателями доиндустриальной эпохи, и, судя по всему, мы перешагнем отметку в 2 градуса уже к середине текущего столетия — а к концу века средняя температура увеличится на 4 градуса. Учитывая скорость, с которой мы движемся, попытки ограничить темпы глобального потепления 2-мя градусами — это всего лишь пустые надежды.

Однако это вовсе не означает, что наша планета обречена. Если мы начнем предпринимать меры прямо сейчас, мы сможем предотвратить самые разрушительные последствия изменений климата. По словам климатолога НАСА Гэвина Шмидта (Gavin Schmidt), отметка в 2 градуса не является раз и навсегда установленной планкой. Это скорее ограничение скорости. «Чем выше скорость при входе в поворот, тем он опаснее», — объяснил он. Возможно, мы поцарапаем машину о защитное ограждение на дороге, несясь с огромной скоростью по извилистой горной дороге, но мы все еще можем не сорваться в пропасть.

Если говорить упрощенно, то, чтобы гарантировать выживание, нам необходимо как можно быстрее покончить с нашей зависимостью от горючих ископаемых. Дженнифер Морган (Jennifer Morgan), директор программы климата и энергетики в Институте мировых ресурсов, считает, что, чтобы считать парижскую конференцию по вопросам климата успешной, ее участники должны прийти к единому мнению в главном вопросе: «Есть только одно допустимое направление изменений объемов выбросов, и это снижение». Утверждение этого курса должно стать главной задачей лидеров, когда они этой осенью соберутся в Париже на двухнедельную Рамочную Конвенцию ООН об изменении климата.

Все прошлые попытки международного сообщества достичь консенсуса в этом базовом вопросе оказались безуспешными. Но мы знаем, что, если мы не предпримем никаких действий, самые уязвимые жители планеты рискуют оказаться в центре катастрофы. И мы также знаем, что должно случиться в Париже, чтобы мир смог избежать наихудших сценариев глобального потепления.

***

Приближающаяся парижская конференция не сможет стать повторением Киото в 1997 году, Копенгагена в 2009 году или других конференций, итоги которых не были сведены лишь к пустым обещаниям. Долгая история безуспешных попыток решить проблему изменения климата на международной арене лишила многих защитников природы всяких иллюзий относительно того прогресса, которого можно достичь. В течение нескольких десятилетий мы продолжали ждать какого-то мощного сигнала к действию. Однако у нас есть ряд причин полагать, что 2015 год станет настоящим переломным моментом — моментом, благодаря которому мы наконец всерьез задумаемся о спасении планеты.

Чтобы стать успешной, парижская конференция должна завершиться подписанием соглашения, в котором промышленно развитые страны пообещают существенно сократить объемы выбросов углекислого газа к 2030 году. В ходе нее также необходимо будет разработать дорожную карту на более длительный период времени — вплоть до середины века, когда, будем надеяться, развивающиеся страны предпримут сходные меры. Учитывая нынешние политические реалии, какое бы соглашение ни было подписано в Париже, оно не будет обязывающим договором. Но даже соглашение необязывающего характера станет положительным итогом, если в нем будет содержаться требование к странам сохранять прозрачность своей политики в вопросах климата и устанавливаться система финансирования расходов, связанных с адаптацией к изменениям климата.

Что еще важнее, парижская конференция должна рассматриваться как начало долгого процесса пересмотра и корректировки политики. Страны-участницы должны принять на себя обязательство собираться за столом переговоров каждые несколько лет с новыми предложениями, более амбициозными, чем те, которые они примут в Париже осенью этого года. Это не должно становиться прикрытием для того, чтобы продолжать откладывать решение в долгий ящик, как мы это делали прежде: это должно стать доказательством осознания того, что с изменением климата можно справиться только посредством целой серии шагов, а не одного большого прыжка. Париж должен стать отправной точкой.

Чиновники признают, что достичь цели, заключающейся в ограничении потепления климата двумя градусами Цельсия, невозможно. Те предложения, которые обсуждаются в настоящий момент, «не помогут нам ограничиться двумя градусами», как сказала председатель парижских переговоров Кристиана Фигейрес (Christiana Figueres) в интервью изданию New Yorker в августе. Экологические группы уже выразили свое недовольство в связи с тем, что в этом смысле парижская конференция уже обманула их ожидания, не успев начаться. Бен Шрайбер (Ben Schreiber), директор программ по исследованию климата и энергетики в американском отделении организации «Друзья Земли», подверг критике мировых лидеров за то, что они не смогли предпринять эффективные меры, чтобы ограничить потепление двумя градусами Цельсия. «Париж не сможет поставить нас на путь к подписанию обоснованного климатического соглашения», — сказал он.

Однако сейчас многие эксперты приходят к выводу, что ограничение глобального потепления двумя градусами в результате всего одной конференции не должно быть единственным критерием успеха. Роберт Ставинс (Robert Stavins), директор Гарвардской программы экономики окружающей среды считает планку в два градуса чрезмерно амбициозной целью, которой «в действительности невозможно достичь». По его словам, если мы продолжим цепляться за эту цель, мы рискуем впасть в отчаяние и апатию. «Самая амбициозная цель, которую только можно придумать, вовсе не обязательно является наилучшим вариантом. Нужно ставить перед собой наиболее реалистичную цель», — добавил Ставинс.

«Париж является чрезвычайно важной конференцией, поскольку он снизит планку на один градус Цельсия, — сказал Эндрю Джонс (Andrew Jones), содиректор Climate Interactive, группы, занимающейся проблемами оздоровления климата. — Это гораздо более благоприятный вариант, и он закладывает основы для дальнейшего расширения круга целей».

В преддверие переговоров страны выдвинули свои предложения — они официально называются Климатическими обязательствами — призванные ускорить достижение поставленной цели. США предложили к 2025 году сократить объемы выброса парникового газа на 26-28% по сравнению с уровнем 2005 года. Евросоюз предложил к 2030 году сократить объемы выбросов на 40% по сравнению с уровнем 1990 года. Канада предложила к 2030 году сократить их на 30% по сравнению с 2005 годом.

Впервые в истории со своими предложениями выступили развивающиеся страны — тот факт, что они наконец интегрировали проблему загрязнения окружающей среды в свои экономические концепции, является монументальным прогрессом по сравнению с предыдущими климатическими конференциями. Китай выбрал 2030 год в качестве момента, к которому он надеется достичь пика объемов выброса углекислого газа. Индия представила свой план в октябре, став последней крупной экономикой, сделавшей это в преддверие конференции. Как и ожидалось, план Индии представляет собой довольно неоднозначное предложение, в котором не указаны точные сроки начала сокращения объемов выбросов. Вместо этого Индия надеется достичь стремительного экономического роста при менее интенсивных выбросах в сочетании с расширением применения возобновляемых источников энергии.

Эти предложения стали, с одной стороны, главным поводом для оптимизма в преддверие саммита, с другой — предвестниками надвигающегося разочарования. В совокупности Климатические обязательства всех стран позволят замедлить темпы роста 90% мировых выбросов углекислого газа. Однако эти планы не достаточно амбициозны, чтобы предотвратить наихудшие последствия изменения климата, и большинство самых богатых государств, в том числе США, Канада и Евросоюз, способны сделать нечто гораздо большее. Согласно результатам анализа, опубликованного исследователями Climate Interactive, в совокупности все эти предложения позволят ограничить потепление 3,5 градуса Цельсия при условии, что страны не станут предпринимать никаких дальнейших мер после выполнения своих обещаний к 2030 году. Это лучше, чем 4 градуса или даже больше, которые угрожают нам сейчас, однако эта цифра намного превышает комфортную отметку. «Если все шаги прекратятся после окончания заявленного периода, если мы все ограничимся выполнением только Климатических обязательств, мы получим мир, к которому мы не сможем адаптироваться», — подытожил Джонс. Между тем, немецкая группа Climate Action Tracker, проводившая оценку Климатических обязательств различных государств, считает, что многие из них продолжат сокращать объемы выбросов углекислого газа и после 2030 года. Согласно этой гипотезе, мы все еще можем ограничить потепление 2,7 градуса Цельсия. В конце концов, любой прогресс — это прогресс.

США хорошо известно, что концентрация на постановке амбициозных, обязывающих целей по сокращению выбросов углекислого газа обрекла прежние переговоры по вопросам климата на неудачу. Поэтому США стараются сделать так, чтобы ожидания быстрого решения проблемы на парижской конференции не вышли из-под контроля. «В 2015 году мы не узнаем», окажется ли парижская конференция успешной, как сказал специальный посол США по изменению климата Тодд Стерн (Todd Stern) в беседе с Guardian ранее в этом году. «Спешка в суждениях — что эта конференция не принесет достаточно значительных результатов — это неправильный подход».

Позиция Белого дома заключается в том, что успех подобных конференций нужно измерять не в градусах и процентах, а скорее в силе импульса — то есть всеобщего понимания, что ситуация стала чрезвычайно серьезной и что необходимо срочно предпринимать меры. «Меня не слишком сильно беспокоит конкретная цифра, потому что, давайте оговоримся сразу, какими бы ни были цели отдельных стран, мы все равно не сумеем добиться того, чего от нас требует наука. Поэтому плюс-минус один процент от той или иной страны не станет решающим фактором, — сказал президент Барак Обама в своем интервью изданию Rolling Stone этим летом. — Главное, чего необходимо добиться в Париже, это обещание от каждого участника присоединиться к всеобщим усилиям».

Однако всеобщий импульс — это нечто большее, чем просто заявления и скромные обещания, данные под влиянием окружающих. То, насколько далеко страны смогут зайти, формируя этот импульс, вместо того чтобы продолжать следовать существующим тенденциям, будет отличать Париж от тех конференций, которые проводились прежде.

США рассматривают Париж как первую из множества подобных встреч, которые должны состояться в ближайшие годы. Администрация Обамы хочет добиться, чтобы участники этой конференции согласились регулярно собираться каждые пять лет и предлагать с каждым разом все более амбициозные планы по сокращению выбросов углекислого газа. Те государства, которые сегодня выдвигают скромные планы, через несколько лет могут предложить более радикальные программы, особенно если экономическая ситуация будет меняться быстрее, чем ожидалось ранее. К примеру, Китай, возможно, обнаружит, что к 2020 году цена на уголь так вырастет, а экологически чистые виды энергии так подешевеют, что он сможет начать сокращать свои выбросы уже в 2020, а не в 2030 году, особенно если его новый национальный план по ограничению и торговле квотами на выбросы окажется эффективным. В этом смысле Париж должен очертить рамки сокращения выбросов, на которые каждая страна сможет опираться.

Во многих отношениях самой важной целью парижской конференции является не установление границ сокращения выбросов как таковых, а скорее достижение консенсуса по некоторым ключевым вопросам, которые мешали успеху подобных конференций прежде: кто несет основную ответственность за изменение климата и кто возьмет на себя основную часть расходов по борьбе с ним? Успех конференции будет зависеть от того, насколько эффективно будут решены эти вопросы.

Отсутствие консенсуса в этих вопросах обрекло прежние климатические конференции на неудачи. Стремительно развивающиеся страны, такие как Китай, Индия и Бразилия, не хотели сокращать объемы своих выбросов, поскольку США и Европа всегда были главными источниками выбросов. А промышленно развитые страны в свою очередь пользовались нежеланием развивающихся стран сокращать выбросы в качестве предлога для бездействия.

Между тем, самый простой и дешевый способ сократить выбросы парникового газа в атмосферу заключается в том, чтобы начать именно с развивающихся стран, где существует больше возможностей повысить энергетическую эффективность и расширить границы использования экологически чистой энергии. Поскольку в этих странах отсутствует инфраструктура, завязанная на использовании горючих ископаемых, которая характерна для западных стран, миллионы людей могут получить доступ к экологически чистой энергии. Индия, к примеру, именно это и делает в настоящий момент, пообещав установить миллионы солнечных батарей на крышах домов, что является существенным шагом вперед по сравнению с централизованной энергосистемой, существующей в США. Премьер-министр Индии Нарендра Моди (Narendra Modi) хочет добиться увеличения суммарной мощности солнечных электростанций до 100 гигаватт к 2022 году.

Индии необходима помощь в осуществлении этого проекта, стоимость которого достигает 100 миллиардов долларов. «Это будет огромным шагом вперед для Индии, однако все понимают, что она не сможет добиться этого самостоятельно», — сказал Алден Мейер (Alden Meyer), директор по вопросам стратегии и политики в Союзе обеспокоенных ученых, который наблюдает за ходом переговоров по проблемам климата с начала 1990-х годов. Поскольку вся планета сможет извлечь пользу из сокращения выбросов углекислого газа и перехода к экологически чистым источникам энергии, ожидание того, что все страны разделят между собой расходы на внедрение подобных программ, вполне обосновано.

Одним из главных достижений последней крупной климатической конференции, состоявшейся в Копенгагене в 2009 году, стал призыв создать Фонд зеленого климата, который мог бы помогать развивающимся странам в адаптации к изменениям климата. Пока страны пообещали собрать для этого фонда немногим более 10 миллиардов долларов, и осенью этого года будет принято решение относительно размера вклада от каждого государства. Однако цель заключается в том, чтобы к 2020 году добиться ежегодного пополнения этого фонда на 100 миллиардов долларов. Мейер считает эти финансовые вливания необходимым условием для того, чтобы помочь таким странам, как Индия, «перескочить через этап централизованной энергосистемы», которая обусловила экономический рост промышленно развитых стран. В Париже необходимо будет установить общие положения касательно этих взносов и разработать такую систему, которая гарантирует, что средства не будут потрачены впустую.

***

Несмотря на эти скорректированные ожидания, парижская конференция вполне может оказаться безрезультатной. Хотя на протяжении целого года представители разных стран неоднократно встречались друг с другом, чтобы устранить разногласия в преддверие парижской конференции, прогресс оказался слишком медленным.

Большая часть потенциальных разногласий в Париже, вероятнее всего, останутся прежними: должны ли цели по сокращению выбросов носить обязывающий характер, и какие страны должны взять на себя основную ответственность. Евросоюз, к примеру, настаивает на договоре с прописанными в нем юридически обязывающими контрольными цифрами. Другие государства, в том числе США и Индия, считают, что это бессмысленное требование. Причины, которыми объясняются их позиции, различны: в случае с США администрацию Обамы сильно ограничивает контролируемый республиканцами Сенат, который не захочет ратифицировать подобное соглашение, в то время как правительство Индии не хочет нанести вред своей развивающейся экономике. В теории такой договор может содержать в себе некий обязывающий элемент, который будет требовать от стран реализации их программ и повышения планки, однако консенсуса относительно того, какие именно требования необходимо строго соблюдать, пока нет.

Поэтому, если на этой конференции и будет достигнуто какое-то соглашение, оно, скорее всего, будет касаться требований к реализации и прозрачности, чтобы гарантировать, что страны следуют своим собственным планам. Даже в по большей части необязывающем символическом документе должны быть так или иначе прописаны способы оценки прогресса, которого страны достигают в реализации своих собственных планов.

Наконец, остается еще вопрос о том, как в соглашении будет прописана долгосрочная цель сокращения объемов выбросов и нужно ли вообще ее прописывать. Это потребует от участников конференции сформулировать новую цель, которая заставит отдельные страны задуматься о своих планах на среднесрочный период — о возможности снизить зависимость экономики от горючих ископаемых, постепенный отказ от них или достижение определенного уровня сокращений выбросов в среднем по миру к середине века. Мы надеемся, что четко прописанные сроки укрепят стремление отдельных стран приостановить бесконтрольное потепление, поскольку энергетическая инфраструктура, которая будет создана в течение следующих нескольких лет, может помочь сократить выбросы на следующие несколько десятилетий.

Учитывая массу нерешенных вопросов, единственное, в чем можно быть уверенным, это то, что нас ожидают привычные утомительные сессии, длящиеся до глубокой ночи, прежде чем мировые лидеры смогут отправиться домой с подписанным соглашением на руках — или вообще ни с чем.

Однако администрация Обамы усвоила уроки прежних неудачных конференций по вопросам климатических изменений и провела тщательную подготовку к парижскому саммиту. Обама ездил по стране, призывая американцев поддержать план действий по решению проблемы глобального потепления, и даже совершил свою первую поездку на Аляску в августе. «Речь идет не просто об опасности, которую необходимо предотвратить, речь идет о возможности, за которую необходимо ухватиться, — заявил он на конференции арктических государств в Анкоридже. — Это такая проблема, в решении которой мы можем опоздать».

Обама подкрепил свою риторику действиями. В ходе своего второго срока президент впервые в истории установил ограничения на уровень угольных загрязнений в энергетическом секторе. Он предложил предоставить более бедным странам 2 миллиарда долларов на финансирование проектов по защите окружающей среды (хотя несговорчивый Конгресс может помешать фактической реализации этой инициативы).

Кроме того, он заключил ряд двусторонних климатических соглашений с Китаем, Индией, Бразилией и Мексикой, которые подготовили почву для парижской конференции. Его критики утверждают, что Обама мог бы сделать нечто большее, однако он добился более значительного прогресса, чем любой другой американский президент до него.

Возможно, Конгресс не поддержит Обаму, но общественность на его стороне. Согласно результатам опросов, большинство американцев признают реальность изменения климата и испытывают беспокойство в связи с глобальным потеплением. Как показали результаты опроса, проведенного центром Pew летом этого года, 69% американцев считают изменение климата «серьезной» проблемой — в 2010 году так ответили 63% опрошенных. Согласно результатам опроса Gallup, этот процент несколько ниже и составляет 55%. Стремление Обамы может найти дополнительную поддержку среди католиков, которые прислушались к словам папы Франциска, посетившего США осенью этого года. Папа воспользовался авторитетом Церкви, чтобы объединить всех католиков мира, которых насчитывается около миллиарда, в борьбе за экологическую справедливость.

Договор, заключенный США и Китаем, о котором впервые было объявлено осенью 2014 года и который был еще раз подтвержден в сентябре текущего года, стал одним из ключевых моментов в подготовке к парижской конференции, поскольку он показал всему миру, что даже давние оппоненты наконец готовы и способны прийти к соглашению.

Дженнифер Морган (Jennifer Morgan) из Института исследования мировых ресурсов работала в составе южноафриканской делегации в тот момент, когда стало известно о подписании соглашения между США и Китаем. Она рассказала о том, какое облегчение все испытали, когда поняли, что эти страны готовы к сотрудничеству.

***

Особенностью парижской конференции, которая вселяет наибольший оптимизм, является то, что переговоры больше не ведутся в вакууме. Экономический ландшафт существенно изменился с момента проведения конференции в Копенгагене, когда все надежды на решение проблемы изменения климата, казалось, были утеряны. За последние 10 лет объем глобальных инвестиций в экологически чистую энергию увеличились с 45 до 270 миллиардов, и они продолжат расти, поскольку сейчас многие страны вводят пошлины на использование угля. Экологически чистой энергетике еще только предстоит пройти долгий путь развития — в настоящий момент в США только 13% электричества получают из возобновляемых источников — однако темпы изменений поражают.

И самым ярким прорывом стало использование солнечной энергии. С момента прихода Обамы к власти стоимость солнечной энергии упала на 78%. Даже в отсутствие федеральных законов, которые предусматривали бы щедрые налоговые льготы за использование солнечной энергии, в США, вероятнее всего, произойдет революция, «когда энергия солнца станет приоритетной технологией», как объяснил аналитик Bloomberg New Energy Finance Уильям Нельсон (William Nelson). Стоимость энергии ветра также снизилась на 58%. И переход на возобновляемые источники энергии оказывает существенное воздействие. В 2014 году глобальная экономика выросла на 3%, тогда как объем выбросов парниковых газов остался на прежнем уровне — именно этого мы и должны добиваться, если мир хочет развиваться, не рискуя оказаться в центре катастрофы.

Между тем, угольная промышленность в настоящий момент сталкивается с неиссякаемым потоком проблем. Символичное стремление изъять инвестиции из сферы горючих энергоносителей привела к тому, что в этом году она лишилась 2,6 триллиона долларов — это в 50 раз больше, чем в прошлом году. Стремительная разработка месторождений природного газа подорвала позиции угольной индустрии, а дешевая экологически чистая энергия и изменения в федеральном законодательстве нанесли по ней еще один удар, приведя к закрытию большого количества угольных предприятий в США. Мировым лидерам не нужно убеждать общественность в том, что возобновляемые источники энергии — это наше будущее. Им нужно просто ускорить процесс воплощения своего видения в реальность.

Если они добьются успеха, мир изменится до неузнаваемости еще при нашей жизни. Миллиарды молодых деревьев помогут очистить атмосферу от углекислого газа. Солнце может стать нашим главным поставщиком энергии — сейчас на энергию солнца приходится лишь 0,5% потребляемой в мире электроэнергии. В залитых солнцем городах на каждой крыше будут установлены солнечные панели. Мы будем спорить не о том, нужно ли строить новые трубопроводы, чтобы переправлять нефть с одного побережья на другое, а о том, где построить новую ветряную электростанцию. В США на смену нефтедобывающим платформам в Техасе и Северной Дакоте придут многочисленные турбины. Если это случится, мы сможем рассматривать парижскую конференцию как один из решающих моментов, сделавших наше будущее возможным.

Оригинал публикации: The Plan to Save the World

Опубликовано: 27/10/2015 13:06

02/09/2015Кто больше всех пострадает от изменения климата? ("Project Syndicate", США)

23/09/2015Ислам, вера и изменение климата ("Project Syndicate", США)

25/09/2015Аквароботы в борьбе с потеплением ("The American Interest", США)

04/08/2015План Обамы по борьбе с изменениями климата ("Русская служба BBC", Великобритания)

Читать далее: http://inosmi.ru/world/20151030/231106458.html#ixzz3q31PdB1C

Follow us: @inosmi on Twitter | InoSMI on Facebook

Tags: Климат на планете
Subscribe
Buy for 30 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments